Айгор Поуз: «Жизнь есть холст. Крась!»

Специально для журнала с ним беседовала искусствовед, художник Любовь Норгелене:

Дух романтики незримо присутствует при встречах с этим художником. После экспозиции в художественном музее осталось немало зрительских впечатлений. Для тех, кто посетил «Говорящий образ» и сопутствующие событию мастер-классы с художником, знакомство состоялось. Автор раскрылся не только как график и живописец, но и как поэт, фотограф, камерамэн и режиссер, музыкант, композитор… И все вышеперечисленное - с большой буквы.

Удивление нарастает, как волна, при каждом новом открытии его художественных поисков. Афоризмы Игоря Познякова, которые мы услышали на французском и русском в день закрытия выставки в музее, поразили лаконичностью, философской глубиной, ясностью мысли и красотой звучания. «Чем фантастичней задачу я перед собой ставлю, тем с большим энтузиазмом пускаюсь в ее решение» и «Потеря времени для меня - форма самоубийства» - дают яркую и точную характеристику личности автора. Его сутки заполнены до отказа проектами, ждущими завершения, новаторскими идеями, взывающими к воплощению.

Многомерность мастера - неотъемлемая часть не существования, это слово не подходит, но - дыхания жизни. Музыка и живопись, графика и поэзия рождались в Москве и на берегах Сены, в Барнауле и на старинных улочках Брюсселя. Не случайно, что ветер странствий забрасывает нашего пилигрима в Париж, туда, где дух свободы заявил о себе еще во времена Курбе и независимых импрессионистов. Этот дух присутствовал в Игоре с рождения, за школьной партой и на протяжении учебы в Щукинском училище, в его завораживающих постановках боди-арт балетов в середине 90-х в Москве и ранее, на заре 80-х, в АГУ.

В Париже, где количество музеев и разнообразных выставок просто поражает всякое воображение, русскому художнику без связей и денег трудно было не только выживать, но и, организовывая первые выставки, завоевывать внимание публики. И здесь сыграли роль как самоотверженность и смелость, так и неутомимость, преданность процессу, именуемому творчеством. Требующему, помимо отдачи себя без остатка, еще и гармонии, о которой столь много говорят, но мало кому удается ее почувствовать, прочувствовать и тем более ею жить.

И речь даже не о том, что наш соотечественник добился успеха не только в столице нашей родины, но и на западноевропейской ниве искусств. Я говорю о мечтах и их воплощении, о тернистых путях и моментах счастья, ведущих, прежде всего, к познанию самого себя. «Жизнь есть холст. Крась!» - афоризм Игоря как нельзя лучше говорит о его восприятии жизни. О ней самой.

Абсолютно белый, нетронутый еще суетой и серыми красками разочарований холст перед каждым из нас. Какими цветами закрасим мы наш день и секунду и возьмем ли в руки кисть?

Игорю Познякову удалось воспользоваться всей многоцветной палитрой, волшебной кистью, превращающей бытие в чудеса, которые «происходят с теми, кто в них верит».

- Ваши первые дни пребывания в Париже, вид из окна первой мастерской - запомнились ли они?

- Первое ощущение от Парижа - Дом, в который я, наконец, вернулся. Мистическим образом все, что я впервые встречал вокруг, было мне хорошо знакомо, вызывало родные чувства. Окна гостиницы, где я остановился, выходили в свежий утренний свет, новые звуки, цвета и запахи. В мир. Здесь, на Монмартре, в каких-то минутах ходьбы, еще не так давно орудовали пером, кистью и красками всемирно известные теперь мастера. Эта близость грела меня в промозглые зимы, насыщала, когда было нечего есть, помогала преодолевать языковой барьер... Открывая город, я постигал собственную природу. Париж обладал для меня важной особенностью - возможностью входить в историю, просто перешагивая порог своей комнаты.

- Симметричен ли духовный, внутренний поиск в Вашей жизни поискам Вами внешнего пространства?

- Как правило. Определенные вещи можно ощутить, пропустить через себя или позволить им стать твоей частью только на определенных территориях, сотрудничая с Духом Места. Дело в том, что я не могу быть долго к чему-то прикованным: одного пейзажа мне мало. Моя непоседливость вынуждает меня постоянно находиться в седле. Обращаю ваше внимание на это слово. Для меня важен не «поиск», а именно «нахождение». Духовное нахождение в осваиваемом мною пространстве. Воплощение себя в очередной ипостаси. Тем или иным образом. Кстати, об Образе: что он, если не гармоничное, правдивое сочетание «внешнего» и «внутреннего»? Ведь без первого нашему восприятию никогда бы не было доступно второе.

- Что бы Вы назвали основной движущей силой, стимулятором своих начинаний?

- Скорость жизни. Понимание того, что все летит очень быстро и что многое нужно успеть. Обязательства, которые у меня есть перед самим собой. Осознание того, что мое появление в этом мире не случайно, имеет смысл.

- Каковы Ваши отношения со Временем?

- Двадцатилетним я с улыбкой писал: «Часы забывши завести, Ты времени не остановишь…» Время - стихия, которая постоянно задает тон на этой планете, диктует условия, засасывает в свою всепоглощающую воронку. Лишь Искусство способно ему противостоять. И Любовь. Одним фактом своего существования. В моем случае эти Божества идут за руку, бросая вызов условностям, одной из которых время и является. Вызов устоявшемуся, неживому, набивающему оскомину порядку - действие, наиболее созвучное моему восприятию искусства как жанра. Жанра Жизни. В этом я вижу и его миссию. Беспокоить, а не усыплять. Будить в теле двуногого существа - Человека. Не давать забыть о его высоком предназначении. Возвращаясь к теме, процитирую себя еще пару раз: «Время нельзя остановить, но его можно обогнать».

«Я останавливаю время, опережая его»

- Афоризмы - выражения мудрости. Когда Вы начали впервые записывать свои мысли?

- Внутренний голос начал звучать во мне сразу, как только я стал понимать значение слов. Размышляя о том или ином предмете или человеке, я давал ему собственную оценку. В школе спонтанно возникающая реакция на происходящее отливалась в форму иронических высказываний, вызывая гомерический хохот в классе и пропорциональную ему истерику у наделенных властными полномочиями объектов моего внимания. А по ее, хвала небесам, окончании, когда я занялся подготовкой к поступлению в театральное и мой выбор пал на «измышления» Козьмы Пруткова, я вдруг понял, что исходящее из меня может представлять литературную ценность. С тех пор я начал записывать свои изречения и сразу же, тиражом в одну книгу, публиковать. В Москве я познакомился с Шопенгауэром и Шоу, в Париже с Уайльдом и вот сейчас, совсем недавно, в Брюсселе с Джебраном. Настоящий поэт и, оказывается, тоже художник.

- Что главное в афоризме?

- Успеть его записать. Пригвоздить мысль к бумаге, пока она не выветрилась из головы. Чаще всего сезон охоты наступает в ночной тишине-темноте, перед сном. Тогда, жертвуя почти обретенным покоем, я произношу вслух пришедшую на ум фразу, пока не найду, закрывая глаза от включенного света, что-то, чем смогу ее на чем-то увековечить - блокнот и карандаш не всегда лежат у меня под подушкой. Книга, зовущая на диалог, умеющий слушать собеседник - также благодатная почва для обнаружения в воздухе клада. Собака, в этом вся прелесть, зарыта в том, что «овчинка» не требует выделки: то, что нужно, - является уже в виде «руна». Изначально, естественно, золотого. То есть, в готовом виде.

- Какой Вы видите представленную на выставке книгу ваших афоризмов «На Полях Жизни» в отпечатанном виде?

- Собранием парадоксов, максим, изречений и заповедей, сосуществующим внутри семи тематических разделов: женщины, жизнь, любовь и др. Книга будет оснащена серией «Великие Идеи» - выполненных тушью, также представленных на выставке работ, входящими с текстами в смысловой резонанс, и иметь, таким образом, статус альбома.

- Вы также готовите к изданию книгу своих сновидений. Почему обращение к снам является для Вас важным?

- Сны дороги мне своей первозданной объективностью. Излагая их, я ищу суть происходящих внутри и вне меня явлений. Их родословная безупречна, как любого, происходящего из свободы, существа. Находя в самостоятельно рождающихся сюжетах «ключ-и-язык» формулу, я преследую вечную цель своего интереса - Тайну Жизни. И как только мне удается выразить искомое, - то, чего соглядатаем-участником я только что пребывал, - наделить биением сердца произведение - тайна разгадана, а моя миссия выполнена. Одна из.

- Выставка для вас подведение итогов, диалог со зрителем или что-то еще?

- Прежде всего - событие. Сопоставимое с вынашиванием плода и днем его Рождения. Крик, который вы слышите, если ребенок жив. Музыки нет, если она не достигает слуха, а живописи - пока на нее не ложится взгляд. Давая картинам появиться на свет, свет зрительских глаз, я отпускаю их в свободное плавание, в океаны взирающих душ и, признáюсь, переживаю радость от того, что образующиеся волны с легкостью разгоняют дымку с горизонта, приносят на своих гребнях свежий воздух и орошают желанием вновь и вновь в них искупаться.

Справка «Автографа»

Айгор Поуз родился в Барнауле в 1965 году, окончил школу № 25, учился на филологическом факультете АГУ и в театральном институте им. Б. В. Щукина. В течение нескольких лет работал над созданием своих алфавитов «Альфа Бета Омега» и «Общие Места». В середине 90-х прославился постановками боди-арт балетов в Москве. В 2000 году принял участие в международной выставке «Luxure» в Париже. В 2001-м снял «Hand Work» - поэтико-документальный фильм о процессе создания своих «The Natural Art» - серии боди-арт фотографий. На протяжении двух лет экспонировался в парижском «Le Musée de l’érotisme». В 2005-м был приглашен наряду с 12 другими иностранными художниками представлять французскую столицу в качестве города-кандидата на проведение Олимпийских игр 2012. Начиная с 2006 года проводит ежегодные персональные выставки в Западной Европе. Продюсирует альбом своей музыки «Take Care», выпуская его в свет в 2010-м. В 2011-м издает во Франции книгу интимной лирики «Тепло Секрета» на русском языке. В июле-августе настоящего года знакомит посетителей художественного музея Барнаула с Tattoo Painting - точечной живописью и оригинальными литературными произведениями в рамках проекта «L’image qui parle».

Этот и другие материалы читайте в свежем номере журнала «Автограф».